1363406862_tmp389b-57

«Ворота» в Прибалтику распахнул Иван Черняховский

К 70-летию освобождения Вильнюса Красной Армией.

В статье «О чем еще не любят вспоминать в Вильнюсе» (15.05.14) речь шла о трагических страницах истории Литвы 1941 – 1944 годов, когда она находилась под немецкой оккупацией. Генеральным комиссаром Литвы в то время был Теодор Адриан фон Рентельн, который, по отзыву группенфюрера СС Фридриха Йеккельна, «глубоко презирал литовский народ и смотрел на страну и людей только как на объект для эксплуатации».

Не будет сильным преувеличением сказать, что нацисты и их литовские пособники превратили прибалтийскую республику в большой концлагерь, в котором окончили свою жизнь люди разных возрастов и национальностей. Согласно акту судебно-медицинской экспертизы от 20 января 1946 года, проведённой советскими правоохранительными органами, на территории Литвы были уничтожены 666273 человека. Увеличить число жертв не позволили Красная Армия и помогавшие ей литовские партизаны и подпольщики.

Задача по освобождению Вильнюса встала в практическую плоскость сразу после взятия советскими войсками Минска. С ней блестяще справились части 3-го Белорусского фронта под командованием генерала армии Ивана Черняховского. Они освободили столицы двух советских республик — Белорусской ССР и Литовской ССР — с интервалов всего в десять дней! Уже 13 июля в 23 часа 30 минут Москва салютовала войскам 3-го Белорусского фронта двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий.

А ведь Вильнюс, захваченный нацистами на второй день Великой Отечественной войны и находившийся под их властью более трех лет, долго и серьезно готовился к обороне. Столицу Литвы называли «Воротами в Прибалтику». Распахивать их перед красноармейцами враг категорически не хотел. Командующий 2-й армией Войска Польского генерал Станислав Поплавский вспоминал: «Немецко-фашистское командование превратило Вильнюс в мощный узел обороны, прикрывавший подступы к Восточной Пруссии. Как было видно из показаний пленных и захваченных документов, оборону города держали части и подразделения десяти пехотных, трех охранных и одной танковой дивизии, а также пять отдельных полков, восемь батальонов и некоторые другие специальные подразделения. Гарнизон был обеспечен боеприпасами и продовольствием на длительный срок».

Однако долго оборонять город немцам не довелось. 8 июля он был окружен стремительно наступавшими войсками 3-го Белорусского фронта, и после пятидневных боев, взят.

Выжившие во время оккупации литовцы с цветами в руках и слезами радости на лицах встречали своих освободителей. Военная кинохроника и фотографии июльских дней 1944 года донесли до нас настроения тех великих дней, которые лучше самой изощренной и массированной контрпропаганды опровергает ложь «теории» прибалтийских националистов о двух оккупациях. Захватчиков и оккупантов так не встречают.

Подобного рода неопровержимые документальные свидетельства популярностью у нынешних литовских властей, мягко говоря, не пользуются. Как и воспоминая о тех гражданах Литвы, кто с оружием в руках сражался против нацистов и их пособников.

Одним из героев был начальник Литовского штаба партизанского движения Антанас Снечкус. С будущим руководителем Литовской ССР в начале июля 1944 года встречался генерал армии Иван Баграмян, командовавший 1-м Прибалтийским фронтом. Его войска действовали севернее 3-го Белорусского фронта и принимали участие в освобождении Литвы и Латвии. Баграмян позже вспоминал:

«Антанас Юозович заверил меня, что в ходе наступления мы получим необходимые сведения о передвижениях вражеских войск в тылу и о характере их обороны. Постоянную разведку вели более 3 тысяч человек, партизанские осведомители находились почти в каждом крупном селе. К моменту вступления советских войск в Литву на ее территории вели борьбу 96 отрядов, составлявших в целом грозную десятитысячную партизанскую армию. Снечкус с особой похвалой отозвался об отрядах «Аудра» («Буря»), который под командованием Пятраса Кутки терроризировал фашистов в Утенском уезде, «За свободу», что вел успешные боевые действия вдоль железной дороги Даугавпилс – Вильнюс, имени Костаса Калинаукаса и «Бичюляй» («Друзья»), оперировавших в Швенченисском уезде, и о бригаде имени Жемайте, имевшей зоны действия в северо-западной Литве. В окрестностях Шауляя гремела слава отряда Станиониса, в Паневежисском районе — отряда «Гражина» под командование прославленного народного мстителя, старого литовского коммуниста Ионаса Вильджюнаса. Я был глубоко опечален, когда вскоре узнал, что 14 июля этот славный партизанский командир пал смертью храбрых в неравном бою с отступавшей фашистской частью».

Обещания Снечкуса вскоре были подтверждены делами.

В составе 1-го Прибалтийского фронта Баграмяна сражалась и 16-я Литовская стрелковая дивизия. Свое боевое крещение она приняла юго-восточнее Орла 21 февраля 1943 года. В тот знаменательный день и до 22 апреля 1943 года воинской частью командовал генерал-майор Феликс Жемайтис. Затем дивизию возглавил генерал-майор Владас Карвялис.

По подсчётам историка Андрея Петренко, до конца Великой Отечественной войны бойцы дивизии с боями преодолели 386 километров, освободив 648 населённых пунктов, в том числе 11 городов. Ими было подбито и сожжено 108 танков, 8 САУ, 50 бронетранспортеров, уничтожено 138 орудий разного калибра, 111 миномётов и много другой боевой техники противника. Дивизия вывела из строя более 30 тысяч и взяла в плен около 12 тысяч вражеских солдат и офицеров.

За свой вклад в нашу общую победу над врагом 13764 воина дивизии были награждены более чем 21 тысячей боевых орденов и медалей. А 12 военнослужащих были удостоены звания Героя Советского Союза. Ими стали майор Вольфас Виленскис, лейтенант Вацловас Бернотенас, старший сержант Болеслав Гегжнас, младший сержант Фёдор Зацепилов, подполковник Фёдор Лысенко (посмертно), сержант Григорий Терентьев (посмертно), ефрейтор Григорий Ушполис, старший сержант Василий Федотов, красноармеец Борис Цинделис, младший сержант Стасис Шейнаускас (посмертно), сержант Калманас Шурас (Калман Шур), красноармеец Виктор Яценевич.

В 16-й Литовской стрелковой дивизии свой боевой путь начинала и Марите Мельникайте. С мая 1943 года она воевала в партизанском отряде имени Кестутиса в Белоруссии и Литве. 8 июля 1943 года во время боя с немцами была ранена и попала в плен. На допросе против двадцатилетней партизанки представители «цивилизованной» Европы применили изощренные пытки. Но добиться от Марите сведений о месторасположении партизан враги так и не смогли. 13 июля 1943 года на площади села Дукштас девушку расстреляли. За образцовое выполнение боевых заданий командования в тылу врага Марите Мельникайте Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 марта 1944 года было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Годом позже звания Героя Советского Союза удостоился и Бронислав Урбанавичюс. Он командовал партизанским отрядом имени Костаса Калинаускаса, который 3 июля 1944 года в составе Литовской партизанской бригады освободил станцию Игналина.

В качестве иллюстрации боевых будней 16-й Литовской стрелковой дивизии приведём описание одного из её сражений, которое оставил потомкам Баграмян в книге «Так шли мы к победе»:

«Вдоль дороги от Куршеная вместе со вступившими в сражение бригадами 1-го танкового корпуса генерал-лейтенанта В. В. Буткова сражались части 16-й Литовской стрелковой дивизии. Командиры полков полковники В. Луня и В. Мотека выдвинули почти всю приданную им артиллерию в боевые порядки пехоты… В схватке с врагом особо отличились отец и сын Дауетасы. Отец уничтожал машины снайперским огнём из противотанкового ружья, а сын Стяпас в это время разил пехоту столь же метким огнём из пулемёта.

Несколько фашистских танков нашли свой бесславный конец перед позицией Дауетасов. А когда и ружьё оказалось бессильным перед огромным «фердинандом», старший Дауетас взялся за противотанковые гранаты. Меткий бросок — и самоходка замерла с перебитой гусеницей. Но вот тяжело ранило Стяпаса. А пехота продолжала наседать. Тогда отец сам лег за пулемет. Вскоре и он был ранен, но продолжал вести огонь, пока не потерял сознание от потери крови. Фашисты здесь не прорвались.

Всего 16-ю Литовскую стрелковую дивизию в этот день атаковало 90 танков, из них 50 обрушилось на 156-й стрелковый полк. Когда положение этого полка стало критическим, комдив генерал В. А. Карвялис двинул на помощь из второго эшелона 249-й стрелковый полк. И бой разгорелся с новой силой. В числе многих героев здесь отличились артиллеристы из орудийного расчета сержанта В. Шалтелиса, подбившие 4 фашистских танка, и пулемётчица Дануте Станиелене, которая участвовала в отражении 13 атак. Славная дочь литовского народа за героизм, проявленный в боях под Шяуляем, была награждена орденом Славы I степени и стала полным кавалером этого ордена».

Помнить о людях, самоотверженно и героически сражавшихся с нацистами, нынешние литовские власти не хотят. Всеми силами они пытаются вытравить из памяти граждан Литвы добрые воспоминания о советском прошлом и свидетельства об общей борьбе русских, украинцев, белорусов и литовцев с Третьим рейхом и его сателлитами.

С момента обретения быстро испарившейся «независимости» официальному Вильнюсу гораздо ближе стали коллаборационисты, сотрудничавшие с гитлеровцами. Что и не удивительно, так как души у них родственные. Да и разница между ними невелика. Если пособники нацистов служили Третьему рейху, то нынешние литовские власти пляшут под американскую дудку. О том, какое будущее ждет граждан Литвы, временщики старались не думать ни в 1940-е годы, ни в наше время.

Моральный облик проамериканских правителей современной Литвы ярко демонстрирует их отношение к советскому генералу Ивану Черняховскому — освободителю Вильнюса и Каунаса. Самый молодой из командующих фронтами погиб в возрасте 38 лет. Первоначально он был захоронен в центре Вильнюса — «в знак признания заслуг в освобождении территории республики от немецко-фашистских захватчиков». Памятник Черняховскому возвышался в Вильнюсе вплоть до выхода Литвы из состава СССР.

Пришедшие к власти литовские националисты немедленно развернули борьбу с памятью о советском прошлом. Памятник генералу-освободителю был для них точно бельмо на глазу. От него так хотелось избавиться, что уже 1992 году монумент решили демонтировать.

На Украине, где в Умани родился прославленный военачальник, к омерзительной затее литовских националистов отнеслись индифферентно. В то время Украина уже начала свой дрейф от процветающей советской социалистической республики к захудалой колонии Запада…

На помощь пришли жители Воронежа. По их инициативе величественный монумент перевезли в Воронеж. Этот город в январе 1943 года освобождала 60-я армия под командованием Черняховского. Вся Россия должна сказать воронежцам огромное спасибо за их патриотический поступок!

Прах выдающегося военачальника был перезахоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Однако вернёмся в наши дни. Приближается 70-летний юбилей освобождения Вильнюса, а затем и всей Литвы от немецко-фашистских оккупантов. Не стоит ждать, что литовские власти отдадут долг памяти Черняховскому и его воинам. «Европейский выбор» официального Вильнюса на деле обернулся холуйским пресмыкательством перед Вашингтоном и Брюсселем, которые относятся к Литве не многим лучше, чем нацисты Рентельн и Йеккельн.

Но литовские националистические политики свой выбор сделали. Стремясь угодить Западу, они усердно поливают грязью Россию и шляются по майданам, разжигая на Украине пожар братоубийственной войны и антироссийские настроения.

Что же касается освободившего Вильнюс и Каунас Ивана Даниловича Черняховского, то в отношении его литовские власти ведут себя как свиньи. Впрочем, не будем оскорблять милых хрюшек столь нелестным для них сравнением…

 

http://www.ruvek.info/?module=articles&action=view&id=9090

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar

wpDiscuz

Смотрите также