g54h

О чем еще не любят вспоминать в Вильнюсе

В статье «О чем не любят вспоминать в Вильнюсе» говорилось о тех страницах истории Литвы 1939 – 1941 гг., которые целенаправленно и упорно замалчиваются официальным Вильнюсом. Не менее богатым на такие события был и следующий период истории Литвы, когда в течении трех долгих лет – с 1941 по 1944-й – она находилась в крепких объятиях нацистского Третьего рейха.

 

«Июньское восстание»

Репрессивная операция, проведенная советскими спецслужбами против членов прогерманского Фронта литовских активистов (ФЛА) всего за несколько дней до нападения на СССР гитлеровской Германии и ее сателлитов, стала серьезным ударом по антисоветскому подполью. Однако полностью ликвидировать его не удалось. И как только ранним утром 22 июня 1941 года артиллерийская канонада возвестила о начале Великой Отечественной войны, уцелевшие члены ФЛА стали действовать.

Удивляться такой оперативности не приходится: так называемое Июньское восстание, 70-летие которого широко отмечалось в Литве в 2011 году, было инспирировано не кем-нибудь, а  германскими спецслужбами. Правда, организаторы торжеств об этом скромно умолчали. О сотрудничестве литовских «борцов за независимость» с нацистами в Вильнюсе вспоминать вообще не любят. Можно допустить, что руководство Литовского фронта активистов и не располагало информацией о точной дате вторжения Германии в СССР – она держалась немцами в секрете. Но нет сомнений в том, что основатель ФЛА Казис Шкирпа и его окружение хорошо понимали, что ждать осталось не долго, и делали все, чтобы встретить день начала войны в полной боевой готовности.

Блицкриг в Литве прошел по плану, и к концу первой недели войны эта советская республика была полностью оккупирована гитлеровской Германией. Посильный вклад в успех врага внесли и литовские националисты, совершавшие диверсии в советском тылу и стрелявшие в спины красноармейцам. Сам начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Франц Гальдер с удовлетворением констатировал в своем дневнике: «в Каунасе в наши руки попали в полной сохранности большие продовольственные склады и частные перерабатывающие предприятия пищевой промышленности. Они находились под охраной литовских отрядов самообороны».

Позже в Меморандуме так называемого Временного правительства Литвы литовские националисты напомнили германским оккупационным властям и о некоторых других своих заслугах перед Третьим рейхом:

«В Каунасе один партизан предотвратил взрыв моста через Нерис только тем, что вспрыгнул на мост и оборвал горящий шнур в то время как 30 пуль пробили его тело. Можно привести еще много примеров такого мужества и самопожертвования. Так, например, в Панемюне 15 партизан защищались против целого батальона красных. Результат этого неравного боя: 6 убитых партизан и 20 убитых красноармейцев. Такие примеры не единичны, ибо в боях принимали участие 36000 активистов и около 90000 партизан.

Только в боях за гор. Каунас погибло 200 человек, в лазарете сейчас лежат 150 раненых. Во всей Литве насчитывается более 2000 убитых партизан…».

Нам неведомо, поверили ли немцы тем данным, которые фигурировали в «отчете о проделанной работе» самопровозглашенного Временного правительства Литвы. Зато хорошо известно то, что инициативу о создании этого самого «правительства» в Берлине категорически не одобрили. Ведь свои порядки литовские активисты стали устанавливать сразу после ухода красноармейцев, не заручившись согласием немцев. Дошло до того, что один из лидеров Фронта литовских активистовЛеемас Прапуолянис, выступая в Каунасе по местному радио, выразив благодарность Гитлеру «за освобождение Литвы», тут же объявил о создании Временного правительства Литвы. Исполняющим обязанности премьер-министра до приезда из Германии создателя Фронта литовских активистов полковника Казиса Шкирпы был объявлен Юозас Амбразявичюс, а министром внутренних дел –Шлепетис.

Так своевольничать немецкие захватчики, уверенные в том, что быстрый разгром Советского Союза неминуем, летом 1941 года не позволяли даже своим пособникам. Гитлеровцы жестко пресекали самовольные действия со стороны тех, кто воевал на их стороне против Красной Армии. Вскоре Временное правительство Амбразявичюса повторило судьбу «правительства» «самостийной Украины» во главе с заместителем Степана Бандеры Ярославом Стецко. Оба «правительства» были распущены германскими оккупационными властями. А 26 сентября 1941 года ими была запрещена и деятельность Фронта литовских активистов. Шкирпе немцы не разрешили приехать в Литву, а Прапуоляниса арестовали. Так оккупационные германские власти указали литовским коллаборационистам на отведенное им место. В соответствии с расовой теорией оно было незавидным – по крайней мере ниже, чем у эстонцев и латышей.

Впрочем, обсуждать будущее Литвы с литовскими «недочеловеками» Адольф Гитлер вовсе и не собирался. По его указу от 17 июля 1941 года Литва вместе с Латвией, Эстонией и Белоруссией вошла в образованный немцами рейхскомиссариат «Остланд». Все четыре оккупированные советские республики получили статус генеральных комиссариатов. Два месяца спустя Гитлер заявил: «… Это мы в 1918 году создали страны Балтии и Украину. Но сегодня у нас нет интереса в сохранении балтийских государств…».

 

«Самоуправление Литвы»

Рейхскомиссаром «Остланда» был назначен Генрих Лозе. 25 июля 1941 года он въехал в Каунас. Четырьмя днями ранее рейхсминистр по делам оккупированных восточных территорий Альфред Розенберг проинструктировал подчиненного ему Лозе: «…Рейхскомиссариат Остланд должен препятствовать любым поползновениям на создание эстонского, латышского и литовского государств, независимых от Германии. Необходимо также постоянно давать понять, что все эти области подчиняются немецкой администрации, которая имеет дело с народами, а не с государствами…».

Эта директива неукоснительно претворялась в жизнь все три года немецкой оккупации трех республик советской Прибалтики.

8 августа было объявлено о том, что генеральным комиссаром Литвы назначен Теодор Адриан фон Рентельн. По отзыву руководителя СС и полиции рейхскомиссариата «Остланд» группенфюрера ССФридриха Йеккельна, «он глубоко презирал литовский народ и смотрел на страну и людей только как на объект для эксплуатации». Рентельн прямо говорил, что сами литовцы не способны самостоятельно управлять работой органов самоуправления.

Как и предполагали руководители рейхскомиссариата, после полученной от нацистов оплеухи литовские «недочеловеки» стали служить Гитлеру с еще большим рвением. Из числа литовских коллаборационистов немецкие оккупанты черпали кадры в созданное Рентельном «Самоуправление Литвы», которое возглавил бывший начальник штаба довоенной армии Литвы генерал Петрас Кубилюнас. В своих отчетах Рентельн отзывался о нем как о человеке, готовым безоговорочно сотрудничать с немецкими оккупационными властями. Назначения в «Самоуправление Литвы» производили немцы.

Литовский историк Петрас Станкерас пишет: «Территория Литвы была разделена на четыре областных комиссариата – Вильнюсский, Каунасский, Паневежский и Шауляйский и на два городских – Вильнюс и Каунас, на 25 уездов и на 290 волостей. Во главе каждого областного комиссариата стояли подвластные генеральному комиссару областные (или городские) комиссары (Gebietskommissar). Областным комиссаром Вильнюса был назначен штурмбаннфюрер СС Хорст Вульф… Основной функцией немецкой гражданской администрации в Литве был присмотр за литовским самоуправлением».

Вскоре под руководством Рентельна началась колонизация Литвы. Уже в течение первого года оккупации сюда прибыли 16300 немецких поселенцев. Никаких протестов со стороны «Самоуправления Литвы» не последовало.

Сегодня в Вильнюсе не любят вспоминать и о том, что многие «борцы за независимость Литвы» во время войны были пособниками гитлеровцев, пойдя служить в отряды самообороны, полицейские и охранные части. «Всего было сформировано 24 батальона (в т. ч. 1 кавалерийский дивизион) по 500 – 600 человек в каждом, общей численностью 250 офицеров и 13000 солдат. Батальонам были приданы немецкие группы связи в составе 1 офицера и 5 – 6 старших унтер-офицеров. Вооружение, главным образом стрелковое, было советского или германского производства. Деятельность некоторых батальонов была связана с военными преступлениями нацистов: так, например, 2-й батальон под командованием майора А. Импулявичуса принимал участие в массовых расстрелах в VII форте Каунаса», – констатировал историк Сергей Дробязко.

 

Литовские националисты и решение еврейского вопроса

Как во время непродолжительного существования Временного правительства Литвы, так и после его роспуска литовские националисты осуществляли расправы над евреями. Об этой странице истории Литвы также очень не любят вспоминать в Вильнюсе.

К расправам над евреями приступили в первый же день войны. А пять дней спустя, 27 июня в протоколе заседания Временного правительства Литвы было зафиксировано сообщение министра коммунального хозяйства Витаутаса Ландсбергиса-Жемкалниса (отца известного литовского политика Витаутаса Ландсбергиса) «о чрезвычайно жестоких издевательствах над евреями в Каунасе».

Первые итоги расправ над евреями были подведены немцами в донесении полиции безопасности и СД от 11 июля 1941 года:

«После ухода Красной Армии население Каунаса в стихийном порыве убило около 2500 евреев. Другое большое количество евреев было расстреляно полицейской вспомогательной службой (партизанами)… В Каунасе теперь в совокупности прикончено 7800 евреев, частично в ходе погромов, частично путем расстрела литовскими командами».

Сегодня в Вильнюсе не любят вспоминать и о том, что именно Временное правительство Литвы под руководством Амбразявичюса уже 30 июня приняло решение о создании первого концлагеря для евреев на оккупированной гитлеровцами территории Советского Союза. В этом вопросе ретивые литовские националисты умудрились опередить даже многоопытные карательные структуры Третьего рейха!

 

gh635u gh635u

А то, как литовские националисты производили расправы над евреями, коммунистами и красноармейцами, порой шокировало даже немцев. Один из них вспоминал: «Молодой мужчина… был вооружен железным ломом. К нему подводили человека из стоящей рядом группы людей, и он одним или несколькими ударами по затылку убивал его. Таким образом, он менее чем за час убил всех 45-50 человек. После того как все были убиты, молодой мужчина положил в сторону лом, пошел за аккордеоном и взобрался на лежавшие рядом тела убитых. Став на гору, он заиграл литовский национальный гимн. Поведение стоявших вокруг гражданских лиц, среди которых были женщины и дети, было невероятным – после каждого удара ломом они аплодировали, а когда убийца заиграл литовский гимн, толпа подхватила его…».

Вакханалия зверских убийств «под гармошку» претила даже многим гитлеровцам, которые предпочитали чинить расправы без лишнего шума и более организованно – с немецкой педантичностью. Не устраивало их и то, что литовские каратели присваивали себе имущество своих жертв. А ведь немцы считали его принадлежащим Третьему рейху.

Уже 31 октября 1941 года бригаденфюрер СС Вальтер Шталеккер констатировал: «Общее число ликвидированных в Литве евреев составило 71105 человек».

Примечательно и то, что сам факт массовых расправ над евреями, коммунистами и красноармейцами официальный Вильнюс предпочитает замалчивать, а не опровергать.

 

Понары

Нынешние литовские политики не любят вспоминать и о том, что в 1941 году под Вильнюсом в местечке Понары (Понеряй) появился спецлагерь, где несли службу несколько сотен литовских «борцов за независимость». Под их бдительным присмотром за три года в Понарах было уничтожено более 100 тысяч советских граждан.

После сокрушительного поражения под Сталинградом гитлеровцы и их литовские подельники принялись заметать следы своих многочисленных преступлений. Делалось это руками заключенных.Юлий Фарбер, сумевший бежать из концлагеря, раскрыл технологию сокрытия чудовищных преступлений:

«Идем на работу. Котлован диаметром до 100 метров засыпан песком. Если снимешь пару лопат песка, то обнаруживаются… разложившиеся трупы людей; по немецкой терминологии “фигуры“. Рядом с котлованом сооружен очаг… “Фигуры“ горят более трех суток – до тех пор, пока не останется груда пепла с пережженными костями. Кости эти толкут трамбовками до состояния порошка. Порошок лопатами перебрасывают через мелкие железные сетки для того, чтобы пепел не содержал ни одной крупной частицы. Просеянный пепел смешивается с большим количеством песка так, чтобы песок даже не изменил цвет, и засыпается в котлован, из которого уже извлечены все “фигуры“…

В период до 15 апреля 1944 года, по свидетельству автора этих строк, «сожжено 38 тыс. “фигур“, сколько их еще осталось – неизвестно… Всего в понарском крематории работало в последнее время 80 человек… Смрад разлагающихся несколько тысяч трупов был непереносимым. “Фигуры“ 1941 года разложились до состояния кашеобразной массы. Берешь за голову – череп разваливается и руки покрываются человеческими мозгами. Берешь руку – она ползет, как студень, и отрывается от туловища. Ноги чуть ли не до колен проваливаются в массу гниющих останков… Многие находили жен, детей, родителей».

 

Вместо заключения

В 1946 году на судебном процессе в Риге бывший руководитель СС и полиции рейхскомиссариата «Остланд» обергруппенфюрер СС Фридрих Йеккельн свидетельствовал: «Мне приходилось нередко сталкиваться с руководителями латвийского “самоуправления“ Данкерсом и Бангерскисом, литовского “самоуправления“ Кубилюнасом и эстонского “самоуправления“ доктором Мяэ. Должен сказать, что все они были большими друзьями немцев. Эти люди руководствовались только немецкими интересами и нисколько не задумывались о судьбе своих народов. Из разговоров я понял, что они хотят уничтожить большевиков не меньше, а может быть, больше, чем мы, немцы. Это люди считали, что даже если Германия и проиграет войну, то все равно будет очень хорошо, ибо мы ликвидируем всех советских патриотов, всех коммунистов. А без патриотов и коммунистов им гораздо легче будет запродать свои народы другим сильным державам».

То, что не удалось сделать в 1940-е годы коллаборационистам из «самоуправлений» Литвы, Латвии и Эстонии, в полной мере воплотили в жизнь их духовные и политические наследники после распада Советского Союза.

Литовские политики, на рубеже 1980 – 1990 гг., призывавшие к борьбе за независимость Литвы, нынче поют совсем другие «песни». Их ничуть не смущает то, что бывшая советская республика сегодня превращена по сути в колонию Запада. Напротив: зависимость от Вашингтона и Брюсселя официальный Вильнюс вполне устраивает, а о неприятных страницах своей давней и недавней истории они стремятся не вспоминать.

http://russkie.org/index.php?module=fullitem&id=32491

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar

wpDiscuz

Смотрите также