notin

Философия спасения

Какие же мы все-таки счастливые, что родились в России! Что, не ведая того, совершенно задаром и притом в каждом поколении получаем от предков и родной земли способность мыслить и чувствовать свободно и самостоятельно, наблюдать жизнь, в том числе и свою, как бы со стороны: критически, но без осуждения. Нигде в мире вы не встретите такого количества анекдотов про здоровье, как у нас. Западные люди их на дух не переносят: можно ли так жестко шутить о собственном здоровье! «Сестра, куда меня везут? В морг. А может, сначала в реанимацию? Больной, не занимайтесь самолечением, доктор сказал в морг, значит в морг…». Ну, и так далее.

Но откуда это в нас? И что это, в конце концов: бесстрашие или безразличие, глупость или особая острота ума, дурь или юродство, ясность или слепота? А наши сказки с обязательными коврами-самолетами и скатертями-самобранками? И, ладно бы, если бы этот эпос описывал одну только природную лень славян. Но куда девать Некрасовское «… он до смерти работает, до полусмерти пьет» — это ведь о русском мужике. А величайшая в мире литература, выросшая из тех же «наивных» сказок? А выигранные страшные войны, гигантские стройки, космос, наконец! Так что же мы все-таки наследуем от Святой Руси, каким сокровищем обладаем? В последнее время меня часто навещает мысль о том, пророчество старца Филофея (15 век): «Москва — Третий Рим, а четвёртому не бывать» — это указание не только на внешнюю миссию России как государства-катехона, обязанного сдерживать излияние мирового зла в «последние дни» (сразу почему-то воображается гранитный утес и бешеные волны, разбивающиеся о его камни). Конечно, нет. Это прежде всего обращение к людям особого склада ума и духа, то есть, простите уж, к нам с вами, братья и сестры. К тем, кому свыше поручено одушевлять «удерживающего» до тех пор, пока однажды он не будет «отнят от среды», и все кончится, и «солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звёзды спадут с неба, и силы небесные поколеблются» (Мф. 24, 29).

Способность видеть себя и мир со стороны — редчайший дар, присущий русскому этносу, нашему культурно-историческому типу. Он восходит к истокам церковной мудрости. «Не хули и не принимай» — учили Святые отцы Православия, указывая на тот просто факт, что человек не знает будущего и, следовательно, не может точно знать, что принесет ему то или иное событие, которое первоначально может ему показаться хорошим или плохим, а обернуться в итоге прямой своей противоположностью. Чтобы потом не разочаровываться, лучше уж с самого начала и не воодушевляться чрезмерно — разве не так? То же самое можно сказать о смерти: кто из нас знает, когда, где и по какой причине он оставит этот мир? А раз не знаем, тогда остается только признать, что эта неприятность может произойти… в любой момент, притом произойти внезапно. Чем не повод слегла над собой подтрунить? Кстати, легкая ирония, скрытая в анекдоте о своем (о ужас!) здоровье, — превосходное русское лекарство от страха, порожденного «забвением» смерти или попытками спрятаться от нее.

Примеров генетической «философии бытия», а, точнее, вживленной в массовое сознание русских святоотеческой, евангельской премудрости — сколько угодно — было б только желание раскопать их все до конца! Нам же сейчас куда важнее другое. Мы можем и должны почувствовать в себе эту «особенность» как нечто, с одной стороны, бесконечно ценное, а с другой — тоже заслуживающее (почему бы и нет?) легкой иронии. Это «нечто» не несет в себе никакой исключительности. Боже упаси! Пусть Обама несет подобную чушь про «американскую исключительность». Для нас это скорее бремя, обязанность, задание. Наше «нечто» — спасательный круг, который поможет нам, русским, выжить в мире, погружающемся в трясину безумия, когда, по словам Спасителя, «по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф. 24, 12).

Вот ключевое слово — любовь! Не прогресс, не безудержный рост всего и вся, который, на потеху бесам, только ускоряет приближение конца света, не бесконечная вереница терминов-симулякров вроде «демократии», «прав человека», «толерантности» и иже с ними, скрывающих презрение власть предержащих к власть неимущим, не самоубийственные игры разума вокруг божественной, одной на все времена и совершенной (то есть не подлежащей никакому «улучшению») природы homo sapience, как сотворил ее Бог, не тысячи других вывертов и прибамбасов гибнущей цивилизации, с упоением перепиливающей сук, на котором она сидит… — нет, любовь — вот единственное, за что стоит бороться, что стоит хранить и что способно несколько отсрочить печальный финал.

Русские могут это сделать. Для себя и для всех. Врожденная чуткость к чужому горю, умноженная на святое, иначе и не скажешь, равнодушие к собственным бедам, дает уникальный сплав силы и слабости, мудрости и простодушия, осторожности и бесстрашия. Не к этой ли неотмирности отсылал нас апостол Павел, когда писал: «… но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничижённое и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, — для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом.» (1 Кор., 1, 27-29) Выходит, именно Русскому миру суждено пригреть у себя остатки некогда величественной европейской культуры, разоренной педерастами и ковбоями. Именно ему предстоит сформулировать последнюю Философию Спасения — философию любви и веры, которая укроет на утесе по имени «Россия» оставшихся «немногих верных». Эта философия, облеченная в законы и нормы Последнего Православного Царства, на какое-то время, хочется верить, вернет сознание и бытие людей в русло исходного Божественного замысла и вполне человеческого здравого смысла.

 

Тогда:

а) наши города несколько опустеют, а села оживут и расцветут;

б) скорости резко снизятся, но мы наконец-то перестанет давить друг друга, и начнем всюду успевать;

в) наука разделится на «вредную» и «полезную»;

г) в школах и вузах молодежь будет с младых ногтей постигать духовные тайны и, в частности, пользу служения и разумной достаточности;

д) заповеди Божьи вернутся в сердца людей как законы счастливой и здоровой жизни;

е) мы прекратим, наконец, запускать в небо «петарды» космических кораблей в тайной надежде сбежать когда-нибудь с нами же загаженной планеты или пригласить «зеленых человечков» навести на ней порядок.

Список этот, уверен, каждый из нас мог бы дополнить своими наблюдениями и пожеланиями, происходящими от лицезрения глобального безумия.

Но ведь, лицезреем же! Значит видим! Видим пока еще! Вот оно, наше «нечто», наше спасительное, Богом и предками дарованное русское чувство! Именно оно подскажет — если и не нам, то хотя бы нашим ближайшим потомкам, — что задача рационального устройства цивилизации — не мчаться впереди паровоза на потеху бесам, а вернуть людскую жизнь в русло божественных законов здравого смысла, самосохранения, гармонии с природой и духовного совершенства.

Отправить ответ

2 Комментарий на "Философия спасения"

avatar

Sort by:   newest | oldest | most voted
Сергей
Гость
Сергей
2 лет 11 месяцев назад

Ох Александр Иванович!
Как же особенно жаждет душа ваших а), б) и д)

Ратибор
Гость
Ратибор
2 лет 10 месяцев назад
Неплохое сочинение, весьма. Одно заботит, автор постоянно апелирует к правлславным канонам, цитирует христианских святых старцев и пр. Я и не возражают, но… Неужели Вы не понимаете, что в России проживают и мусульмане, и буддисты и представители иных конфессий? Все они русские, они излагают свои мысли по-русски. Я поддерживаю все сказанное автором, но, при этом, считаю необходимым указать на такой факт, что при написании подобных статей надо понимать то, что татары, калмыки, армяне, ханты и прочие народы России тоже являются русским населением и для них неплохо было бы разбавить риторику мультикультурными ценностями. Русь всегда растворяла в себе многие этносы и религии.… Read more »
wpDiscuz

Смотрите также