10-нал

Валентин Катасонов. ЗАКОШМАРЕННЫЕ. Актуальный комментарий

Российские банки подчинены не только Центробанку РФ, но и американской налоговой службе

 

Валентин Юрьевич, в связи с чёрными списками отказников, которые Центробанк рассылает кредитным организациям, предприниматели столкнулись с массовыми отказами в проведении их операций и блокировками счетов – с начала года банки заблокировали около 500 тысяч счетов. Всё это входит в диссонанс с постоянными заявлениями о поддержке предпринимательства, о том, что нужно прекращать «кошмарить» бизнес и так далее. Какие цели преследуются Центробанк в данном случае? Только ли отсеять слабых и ненадёжных? Но 500 тысяч – не многовато ли?

– Конечно, 500 тысяч заблокированных счетов, принадлежащим как физическим, так и юридическим лица – так называемым «физикам» и «юрикам», это очень много. В России малый и средний бизнес, безусловно, нещадно «кошмарится». Но посмотрим на это с другой стороны. В едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства зарегистрировано почти 5 миллионов самых разных организаций. Для населения страны в 140 млн человек – это многовато. Но такое значительное число людей вдруг стали предпринимателями не оттого, что они все такие креативные, амбициозные и предприимчивые, а чаще всего от безысходности. Они вынуждены заниматься этим, потому что никакой другой работы у них просто нет. Более того, общаясь с представителями так называемого малого бизнеса, в том числе с гражданами, которые этим занимаются даже без образования юридического лица, слышу, что они с большим удовольствием занимались бы чем-то более полезным, нежели «купи-продай». Люди хотели бы работать, проявляя способности в соответствии со своими умениями и призванием. Многие ещё помнят стабильную работу на советских предприятиях, в конструкторских бюро, на заводах, которые производили уникальную военную технику, космические аппараты и многое другое, что сегодня уже не производится. К сожалению, наше государство об этом не думает, не обеспечивает рабочие места. Уполномоченный при президенте России по правам предпринимателей Борис Титов пытается защитить малый и средний бизнес, но нужно понимать, что необходимость в этом возникло в результате того коллапса, который произошёл четверть века назад. На самом деле, чтобы наша экономика была эффективной, надо, прежде всего, иметь мощную индустрию, развитую экономику с крупными предприятиями, которые были бы завязаны на производстве наукоёмкой, высокотехнологической продукции, где человек мог бы действительно реализовывать себя и получать при этом стабильный и достойный заработок. А сегодня миллионы людей находятся в сильной зависимости не только от чиновников разных сортов, но, как выясняется, и от Центрального банка, который может просто прихлопнуть бизнес, разослав по коммерческим банкам чёрные списки отказников. Такие списки были и два, и три года назад, но их инициативно составляли сами банки. А сейчас это обрело «официальный» статус.

– Центробанк объясняет, что появление чёрных списков продиктовано, в том числе, требованием Базельского комитета. Но его распоряжения, вроде бы, носят рекомендательный характер. Почему мы постоянно пляшем под дудку всевозможных комитетов, ВТО, прочих, чуждых нашей экономике организаций – и всегда в ущерб себе?

– Россия достаточно бездумно подписывала многие международные соглашения, стремясь в нулевые годы и в первые годы текущего десятилетия интегрироваться в мировую экономику, вписаться в процессы глобализации. Соответственно, там были документы, которые предусматривают определённые обязательства по борьбе с финансированием терроризма, отмыванию «грязных» денег, по борьбе с наркомафией и так далее. Всё это нашло отражение в соответствующих нормативных документах Центрального банка, а также Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинга). Они следят за выполнением нормативов, которые пришли в Россию из-за рубежа. Многие из этих нормативов достаточно странные, непроверяемые, поэтому коммерческие банки сегодня чувствуют себя некомфортно и действуют по принципу «лучше перебдеть, чем не добдеть» – обжегшись на молоке, дуют на воду, то есть не хотят рисковать и предпочитают отказывать тем или иным клиентам – физическим, юридическим лицам – на основании того, что у них якобы прослеживаются признаки сомнительности сделки. Понятие «сомнительность» включает в себя очень много пунктов, и сотруднику коммерческого банка просто некогда заморачиваться выяснением того, надёжна сделка или нет. Чтобы глубоко исследовать отдельно взятого клиента, нужно мобилизовать следственное подразделение где-то районного уровня. Коммерческие банки, естественно, этим заниматься не могут и не хотят. Им проще пользоваться чёрными списками, легализованными Центробанком и Росфинмониторингом.

Кроме того, кредитные организации вынуждены сегодня не только отсеивать «неблагонадёжных» клиентов, но и отслеживать многие другие вещи, связанные с экономическими санкциями. Так, Сберегательный банк Российской Федерации отказался обслуживать граждан России, которые приносили свои деньги в качестве гуманитарной помощи жителям Новороссии, объясняя это тем, что он рискует попасть под санкции со стороны Запада. Тем же самым Сбербанк оправдывал невозможность работы в Крыму: он отказывается открывать свои отделения н полуострове, обслуживать граждан и компании, которые находятся в той части нашей страны. И другие банки, которые выходят за пределы Российской Федерации, предпочитают осторожничать в своей работе, чтобы не стать жертвой этих самых экономических санкций, выполняя предписания, которые рождаются за океаном. Тут можно вспомнить такой экстерриториальный закон, как ФАТКА – закон о налогообложении иностранных счетов. Он был принят сразу же после финансового кризиса в США, когда Обама только пришёл в Белый дом. Закон предписывает, чтобы не только все американские банки, но и все банки на нашей планете отчитывались перед американской налоговой службой о том, что они не обслуживают юридические и физические лица, которые в американском законодательстве называются US taxpayer (налогоплательщик Соединённых Штатов). Фактически налоговая служба США пытается сунуть свой нос в дела коммерческих банков по всему миру. Если коммерческие банки не станут выполнять данные требования или будут предоставлять искажённую или неполную информацию, они попадут под американские санкции, которые первым делом предполагают изъятие значительных сумм с корсчетов «наказанных» организаций в банках США и автоматическое 30-процентное удержание сумм любых их финансовых транзакций, проходящих через банковскую систему США. Не секрет, что громадное количество транзакций осуществляется в американских долларах, поэтому они неизбежно будут проходить через банковскую систему США. Вот почему наши банки старательно исполняют навязанный под угрозами санкций закон ФАТКА.

Когда только был принят этот кабальный закон, мы назвали его грубым посягательством на суверенитет нашей страны, начали переговоры на межгосударственном уровне, пытались выстроить более менее цивилизованную схему исполнения упомянутого закона. Но когда в начале 2014 года России объявили экономические санкции, переговоры между нашими странами прекратились, и на сегодняшний день российские банки как миленькие предоставляют необходимую информацию в американскую налоговую службу. Это, конечно, дикость: получается, что российские банки подчиняются не только Центробанку РФ, а ещё и американской налоговой службе. Естественно, они в своей работе должны учитывать это обстоятельство, поэтому часто принимают решения по принципу «от ворот – поворот», то есть говорят клиенту: ты для нас сомнителен, мы тебя обслуживать не будем.

– Но ведь это самим банкам не выгодно. Выходит, они сами своих потенциальных клиентов, а значит и прибыль, отвергают?

– Да, это невыгодно банкам, подрывает доверие к ним, ослабляет экономику – последствий очень много. И корни всего лежат в порочной системе, занесённой, как вирус, в Россию четверть века назад. Тогда закладывались мины замедленного действия, которые сегодня начинают взрываться. Отзывы лицензий у коммерческих банков Центробанком – это мина замедленного действия банковской системы, которая предусматривает частичное (или неполное) покрытие обязательств банков перед своими клиентами. Центробанк обещает, что процесс банкротств скоро завершится, но это не так. Оставшиеся банки – потенциальные банкроты, поскольку существуют в рамках порочной системы. Поэтому мы имеем перманентный банковский кризис, который будет продолжаться и далее, если не будет предпринято кардинальных перемен. Возьмём в качестве наглядного пособия порочности системы Сбербанк России, который из-за угрозы санкций опасается обслуживать определённых граждан и компании. Миллионы клиентов по инерции воспринимают Сбербанк как институт-правопреемник сберегательной кассы, которая существовала в Советском Союзе. Но система сберегательных касс тогда находилась даже не в ведении Госбанка СССР, а в системе Минфина СССР. И естественно, что она была закрытой, замкнутой, никак не соприкасалась с внешним миром. А глава Сбербанка господин Греф сегодня гоняется по всему миру сразу за всеми зайцами: у него и операции на Украине, где он потерял уже несколько миллиардов долларов, у него и операции в других странах. Естественно, что он боится экономических санкций, если банк войдёт в Крым или будет перечислять денежные переводы в Новороссию. Если мы хотим нормальный, надёжный Сберегательный банк, нам нужно сделать из него такой специализированный институт, каким, по сути, он был в СССР, тогда и проблемы с экономическим давлением Запада автоматически отпадут. Недавно прошла информация, что обсуждается проект создания государственного банка России, который обслуживал бы наш оборонно-промышленный комплекс и никоем образом не зависел бы от западных экономических санкций. Но продолжения эта новость пока не нашла.

Одним из важнейших условий создания здоровой банковской системы является переход банков на полное, стопроцентное покрытие своих обязательств. Также нам совершенно необходимо определить правовой статус Банка России.

– Статус и функции Центрального банка России сегодня размыты. У нас в стране постоянно путают причины со следствием. К примеру, посредством чёрных списков пытаются бороться и с отмыванием денег. Не подменяет ли этим Центробанк (и, соответственно, подконтрольные ему организации) обязанности правоохранительных и налоговых органы?

– Да, однажды Центробанк скажет: извините, вы на меня наложили такую функцию, как борьба с отмыванием «грязных» денег. А у российских банков нет достаточных ресурсов, чтобы заниматься изучением клиентов, чтобы проследить все потоки «грязных» денег. Давайте мы усилим наши возможности, чтобы заниматься этим профессионально: создадим новые подразделения, внесём какие-то поправки в Федеральный закон о Банке России. А позже он заявит: ой, и этого нам недостаточно. Давайте мы в своих недрах создадим финансовую разведку, как в США. И «неважно», что в Америке финансовая разведка находится в ведомстве министерства финансов, а не в ФРС. Центробанк сегодня уже имеет полномочий и функций больше, чем у всех министерств и ведомств финансово-экономического блока российского правительства. Он же сегодня – и финансовый мегарегулятор, а это настолько широкое понятие, что сюда при желании можно включить всю экономику. При этом Банк России всё больше подгребает под себя новые и новые функции, обретает несвойственные ему ранее полномочия. А исполнительная власть постепенно превращается в пятое колесо в телеге, потому что всё на себя тянет Центробанк. То есть  предпринимается попытка Центрального банка полностью заменить собой государство.

Сегодня «кошмарится» не только малый бизнес, сегодня «кошмарится» вся страна. Поэтому не надо так много времени тратить на дискуссии о недостатках нашей банковской системы. Мы можем до хрипоты спорить, правильно поступает Банк России или нет, но нам нужно перевести обсуждение на более высокий уровень и говорить о том, что нынешняя банковская система для нас непригодна в принципе, она для нас опасна, и её надо менять кардинальным образом.

 

Беседовала Галина Вишневская

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar

wpDiscuz

Смотрите также