05-брикс

Китайцам на зависть: Путин рассказал о небывалом росте экономики РФ

…Но так ли устойчива восстановительная динамика, о которой президент сообщил на саммите БРИКС. Мнения экспертов в материале Марии Безчастной на сайте Свободная пресса.

Президент Российской Федерации Владимир Путин на саммите БРИКС рассказал о том, что в стране начался восстановительный рост экономики. По данным российского лидера, темпы роста ВВП превысили 2%, в то время как инфляция и безработица рекордно низкие.

«Мы выходим на восстановление темпов экономического роста. Они не такие, как в Индии или Китае, но все-таки после спада мы видим и фиксируем с удовлетворением рост нашей экономики более чем на 2 процента. Мы добились рекордного для России снижения инфляции, это исторический минимум, сейчас это 3,5 процента, к концу года ожидаем 3,7−3,8», — приводит официальный сайтКремля слова президента.

Также Владимир Путин отметил, что увеличиваются инвестиции в основной капитал, причем как внутренние, так и внешние — около 4 процентов. Фиксируется и рост торгового оборота, причем за вычетом нефтегазового сектора он составил 25% за первое полугодие 2017.

«Мы живем в условиях рекордно низкой безработицы, в районе 5 процентов. Растут золотовалютные резервы Центрального Банка. Промышленное производство демонстрирует устойчивый рост — 2,6 процента. Еще большие темпы роста демонстрирует сельскохозяйственное производство», — констатировал Владимир Путин.

Президент РФ призвал продолжать развивать экономическое сотрудничество между странами БРИКС, усилить работу по получению международного кредитного рейтинга Новым банком развития (НБР) БРИКС, а также по выходу на кредитование в национальных валютах. Также Владимир Путин предложил создать общую платформу для энергетических исследований.

Озвученные президентом цифры выглядят очень оптимистично. Они же фигурировали в уточненном докладе Министерства экономического развития, опубликованном на прошлой неделе. В МЭР повысили прогноз по росту ВВП с 2% до 2,1%, и до 2,3% до 2020 года (а в целевом варианте и до 3,1%).

При этом еще в апреле в Министерстве считали, что темпы роста в ближайшие годы, напротив, замедлятся до 1,5%. А в начале года Министерство экономразвития и вовсе прогнозировало рост всего лишь в 0,6%, хотя глава ведомства Максим Орешкин уже тогда говорил, что реальные цифры, скорее всего, будут выше.

Сегодня Орешкин убежден, что адаптационная фаза развития экономики завершена, и теперь мы входим в новый цикл экономического роста. Однако не все эксперты уверены в том, что нынешний рост ВВП будет стабильным. В июле 2017 темпы снизились до 1,5% роста против 2,9% в июне в годовом исчислении. Падение заметное, но в ведомстве считают, что это временное явление.

«Вклад в замедление роста по сравнению с показателями апреля-июня внесла более слабая динамика сельского хозяйства, промышленности, торговли, которая была отчасти компенсирована увеличением темпов роста в строительстве», — говорится в отчете. По данным Росстата, ВВП России по итогам I полугодия 2017 года вырос на 1,5% в годовом исчислении. При этом в первом квартале фиксировался рост в 0,5%, а во втором — в 2,5%.

Прогноз Минэкономразвития остается самым оптимистичным среди всех ведомств, а также международных организаций. МВФ в начале июля предсказывал, что в этом и следующем годах ВВП страны вырастет только на 1,4%. Организация экономического развития и сотрудничества также прогнозирует рост в 1,4% в этом году и на 1,6% в следующем. Рост экономики там считают хрупким и обусловленным главным образом скромным ростом цен на нефть. Российский «Альфа-банк» только в августе повысил свой прогноз с 0,8% до 1,4%. И даже консенсус-прогноз экономистов, которых опрашивает «Центр развития» Высшей школы экономики, сходится на росте в 1,4%, а вплоть до 2023 года — не выше 1,8%. Они называют нынешний рост неожиданным и нестабильным.

С другой стороны, эксперты Bank of America Merrill Lynch недавно повысили прогноз роста экономики РФ по итогам года — с 1,1% до 1,8%.

Кто же прав в этой ситуации и можно ли говорить о выходе экономики на темпы устойчивого роста?

Председатель правления Института динамического консерватизма Андрей Кобяков считает, что пока делать такие выводы преждевременно.

— Я бы не торопился так уверенно прогнозировать выход на серьезные темпы экономического роста. Росстат действительно публиковал предварительные данные по второму кварталу 2017, которые показывали рост по отношению к аналогичному периоду прошлого года на 2,5%. Это довольно ошарашивающие данные, особенно если смотреть на альтернативную статистику.

«СП»: — Какую?

— Например, «Центр развития» НИУ ВШЭ публикует индексы физических объемов производства с учетом сезонной и календарной очистки. У них последние три месяца фиксируется уверенный минус, который идет с ускорением. Если в мае показатели были -0,3%, то затем они снизились до -0,7−0,9% в некоторых областях.

Есть и индекс PMI, то есть индекс деловой активности, который рассчитывают независимые организации по итогам опросов менеджеров по закупкам промышленных предприятий и сферы услуг. Там тоже крайне нестабильная ситуация, и последние месяцы показали спад по сводному индексу, который учитывает оба этих сектора.

Пока что все эти показатели указывают на нестабильность экономических процессов в России. «Центр развития» не так давно проводил очередной консенсус-прогноз, который он публикует раз в три месяца. В нем участвуют несколько десятков экономистов, и пока никто из них на ближайшие пять лет не прогнозирует даже достижения темпов роста в 2%. Там очень скромные оценки от 1,5% до 1,9%.

Опираться только на одну цифру конкретного полугодия, особенно с учетом того, что первый квартал показал рост по оценкам Росстата только в 0,5%, — это как минимум преждевременно. Честно говоря, у меня довольно тревожные ожидания. Есть все основания предполагать, что к концу года темпы роста могут снизиться. По моим ощущениям, мы не выйдем на темпы роста выше 2%.

«СП»: — Чем же обусловлена такая статистика в первом полугодии?

— Показатели роста относятся к определенной базе. В статистике могут быть сравнения месяца к предыдущему месяцу или к соответствующему месяцу предыдущего года. Первая половина прошлого года была достаточно провальной. Если проводить сравнения с низкой базой, естественно, можно получить хорошие показатели.

Если положительная динамика хотя бы сохранится в третьем квартале, тогда появятся основания говорить о том, что мы действительно вышли на эти темпы. Показатели одного квартала, на мой взгляд, не позволяют делать выводы о такой положительной динамике.

«СП»: — Почему сейчас прогнозы разных ведомств и экономистов довольно сильно отличаются?

— То, что даже официальные организации настолько расходятся в своих прогнозах, говорит о том, что они не чувствуют, что появились устойчивые факторы роста. Он ведь должен на чем-то основываться. Для устойчивого роста необходимо изменение конъюнктурных факторов, например, рост частного спроса внутри страны или внешнего спроса.

Если сальдо внешней торговли растет, оно дает свою часть роста ВВП. Но для того, чтобы это произошло, должны произойти кардинальные изменения в плане увеличения роста цен на энергоносители или другие базовые товары, которыми мы торгуем. Но изменений ценовой конъюнктуры не наблюдается.

Что касается внутреннего спроса, как о нем можно говорить, если даже Росстат продолжает фиксировать падение реальных доходов населения? Более того, еще и прогнозируют, что в ближайшие годы они расти не будут.

Остается последний момент, связанный с инвестициями. Но инвестиции частного сектора делают ставки только в том случае, если бизнес ожидает усиления этой самой конъюнктуры. То есть бизнес должен ждать или увеличения закупочных цен на сырье, или роста благосостояния отечественных потребителей. Ни того, ни другого пока никто прогнозировать не может.

Поэтому я не вижу на сегодняшний день фундаментальных оснований прогнозировать уверенное возобновление экономического роста. Вполне вероятно, что нас ждет стагнация или даже ухудшение ситуации. Конъюнктурные колебания одного или нескольких месяцев возможны, но выдавать их за тенденцию пока рано.

Заместитель директора ИНП РАН, доктор экономических наук Дмитрий Кувалинсчитает, что потенциал роста у российской экономики есть, главное не помешать его реализовать неудачными шагами в финансово-экономической политике.

— Статистика показывает определенный подъем российской экономики, который позволил отыграть примерно половину спада 2014−2016 годов. Это действительно так называемый восстановительный рост. Но полноценный рост начнется только после того, как мы минуем пик, который был достигнут до кризиса.

С другой стороны, всегда есть риски, которые могут остановить или повернуть вспять рост производства. С моей точки зрения, основные риски для нашего экономического роста связаны не столько с внешней политикой или ценами на нефть, сколько с внутренней политикой. Именно ошибки в экономической политике привели к спаду, который продолжался почти три года. Финансовые власти перемудрили с переходом на плавающий курс рубля, загнали ставку процента по кредитам на слишком высокий уровень, борьбу с инфляцией вели почти исключительно за счет доходов населения и экономического роста.

Если эти подходы к экономической политике, которые загнали нас в кризис, будут воспроизведены еще раз, риск приостановки экономического роста в стране окажется высоким. При этом в целом я довольно оптимистично настроен в отношении потенциала российской экономики. Если экономическая политика будет адекватной, нас могут ждать очень приличные темпы роста.

Наша экономика готова к серьезному прорыву. У нас есть свободные производственные мощности приличного уровня, есть резервы повышения производительности труда. Также у нас недоинвестированные территории, которые нуждаются в больших вложениях. Если эти факторы будут полноценно использованы, мы сможем расти довольно высокими темпами в течение 10−15 лет. Но, повторюсь, для этого требуется эффективная экономическая политика, которая у нас пока, к сожалению, плохо просматривается.

«СП»: — В начале года все ведомства давали гораздо более скромные прогнозы роста экономики. Получается, он стал неожиданностью и для экономических властей? С чем же связаны нынешние успехи?

— Эксперты в массе своей народ консервативный. Они любят оглядываться на то, что было раньше, и их прогнозы обычно носят осторожный и инерционный характер. Раз в 2016 году была не то депрессия, не то стагнация, значит, на этот год тоже дадим сдержанные прогнозы. Это, скорее, психологический момент.

Повторюсь, с моей точки зрения потенциал роста российской экономики высокий, если не сказать очень высокий. Результаты последних месяцев поэтому вполне логичны. Немного снизили ставку процента, чуть-чуть увеличили финансирование экономики, запустили ряд новых инфраструктурных проектов, и экономика задышала и зашевелилась.

Кроме того, есть конъюнктурные факторы, которые выражаются в небольшом росте цен на нефть и холодном лете, когда потребовалось произвести больше энергоресурсов. Но это было второстепенно. Главное же состоит в том, что экономика постепенно адаптировалась к тому, что происходило вокруг, и начала понемногу увеличивать производство.

Экономика всегда сильнее экономической политики и всегда будет искать путь наверх. Российская экономика — не исключение. Если ей сильно не мешать неудачными действиями и попытками подогнать под спорные теоретические догмы, она найдет способы расти достаточно быстро.

 

Фото: Прибытие президента РФ Владимира Путина в Китай для участия в саммите БРИКС (ZumaTASS)

https://svpressa.ru/economy/article/180717/

 

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar

wpDiscuz

Смотрите также