В предыдущих статьях я неоднократно говорил, что в российских ВУЗах основной экономической дисциплиной является «Экономическая теория». В некоторых случаях эта базовая дисциплина называется по-другому: «Основы экономической теории», «Основы экономики», «Политическая экономия». Но в подавляющем числе случаев – «Экономическая теория». Дисциплина обеспечивается учебниками и учебными пособиями с таким же названием. В первой статья я говорил, что попытался сосчитать, сколько учебников и учебных пособий с таким названием на книжном рынке и в библиотеках. Насчитал полсотни, а затем свои дальнейшие поиски прекратил. Учебники и учебные пособия «Экономическая теория» сильно варьируют по объемам (листажу), но в целом они друг на друга очень похожи. Но авторы разные. Такое ощущение, что одни авторы списывают у других, предшествующих. Или все списывают с какого-то таинственного образца (эталона).
Поиски «исходников» следует начинать со времен конца 80-х – начала 90-х годов. Когда российским ВУЗам предлагались гранты по линии Фонда Сороса для подготовки первого поколения учебников по экономике. А российским грантополучателям читали установочные лекции западные профессора (я хорошо помню это время, был тогда деканом экономического факультета одного частного университета). Так что кухню приготовления блюда под названием «Экономическая теория» знаю не понаслышке. Меня, конечно, очень удивляло то, насколько быстро подавляющая часть профессоров и доцентов, преподававших в советское время марксистско-ленинскую политическую экономию «переобулась» и принялась писать учебники по экономической теории в духе рыночного либерализма. А также преподавать предмет под тем же названием. Учебники «Экономическая теория» выходят под грифом федерального министерства – раньше оно носило название «министерство образования», позднее – «министерство образования и науки», теперь — «министерство науки и высшего образования». Может быть, шпаргалки для написания учебников имеются в курирующем вузы министерстве?
Прошу всех обратить внимание на название учебника (учебного пособия): «Экономическая теория». Не «теории», а «теория», в единственном числе. Что ж, мы привыкли к единственному числу. Ведь в Советском Союзе, начиная с 1954 года, все студенты (не только будущие экономисты, но студенты всех специальностей) учились по учебнику «Политическая экономия». И в нем была единственная теория – марксистско-ленинская. Потому что она объявлялась единственно верной. Конечно, студентам могли давать представление и о других экономических теориях. Но это в специальных курсах и только по немногим специальностям. Учебники назывались «Критика буржуазных и реформистских теорий».
Так какая же экономическая теория излагается в современном учебнике с таким названием? Оказывается, там излагается большое количество теорий. Даже трудно подсчитать, сколько. В оглавлениях учебников «Экономическая теория» в лучшем случае обозначаются лишь главные направления экономической теории, экономические школы. Это такие: Классическая политическая экономия. Экономический романтизм. Экономические воззрения утопический социализма. Социально-историческое направление. Марксистская политическая экономия. Субъективно-психологическое направление (маржинализм). Кейнсианство. Неоклассическое направление. Социально-институциональное направление. Синтез неоклассицизма и институционализма. Списки направлений варьируют от учебника к учебнику.
Но ведь внутри каждого направления часто имеется множество уникальных, неповторимых теорий. Например, в рамках неоклассического направления можно назвать с десяток известных личностей. Например, Альфред Маршалл (1842–1924) — английский экономист, основатель кембриджской школы политической экономии; Джон Бейтс Кларк (1847–1938) — американский экономист, автор теории предельной производительности; Леон Вальрас (1834–1910) — французский экономист, лидер лозаннской школы маржинализма, основоположник теории общего экономического равновесия и т.д. И у каждого из них своя неповторимая теория. А сколько таких неповторимых теорий в рамках всех направлений и школ? Пятьдесят, сто, двести? Никто такими подсчетами не занимался. Как же бедному студенту разобраться во всем этом калейдоскопе экономической мысли? Ведь ему вроде бы обещали (если судить по названию учебника) одну теорию. Естественно, самую лучшую, самую правильную.
Когда еще несколько лет назад проводил семинарские занятия со студентами (по предмету «Международные финансы»), то пользуясь случаем, задавал студентам некоторые вопросы по курсу «Экономическая теория» (который они прошли на первом и втором годах обучения). В частности, спрашивал их: «Вам на занятиях объясняли, какие теории правильные, а какие нет?».
Ответ: «Нет, нам их просто перечисляли и кратко описывали».
Еще один мой вопрос: «Но не могут же все теории быть одновременно верными? Вам хотя бы предложили какой-то критерий для оценки теорий, их селекции на верные и неверные?».
Отвечают: «Нет, нам сказали, что это на наше усмотрение. Мы живем в век свободы и каждый волен выбирать то, что ему нравится».
Ответить, что же на вопрос, что им нравится, они не могут. Они скорее могут ответить, какой из двух напитков – пепси-кола или кока-кола — им больше нравится. А вот, сказать, что им больше нравится – дирижизм Джона Кейнса, неоклассический синтез Поля Самуэльсона или монетаризм Милтона Фридмана – они могут. Или, скажем, не могут аргументированно обосновать, что им не нравится ни то, ни другое, ни третье.
Правда, некоторые, наиболее «продвинутые» начинают вслух рассуждать по вопросу о критерии «верности» теории. И таковым называют «эффективность экономики».
Пытаю дальше, стараясь выяснить, что же эти наиболее «продвинутые» понимают под «эффективностью экономики». И слышу варианты: темпы экономического роста, доходность финансовых инструментов, капитализация фондового рынка и т.п.
Вот до какого абсурда доводится преподавание дисциплины «Экономическая теория». Пытался выяснить у преподавателей по курсу «Экономическая теория»: «Зачем студентам такая масса информации по разным экономическим теориям, особенно учитывая, что некоторые из них являются взаимоисключающими?». Чаше всего ответ был следующим: «Учебник представляет собой попытку синтеза разных взглядов». Думаю, что этот так называемый «синтез» оборачивается «кашей» в головах бедных студентов.
Но и это еще не все. Во многих учебниках с названием «Экономическая теория» вместо теорий студентам предлагаются так называемые «гипотезы». Это даже не теории, которые требуют хотя бы каких-то доказательств и апробаций. Гипотез можно придумать бесконечно много. Они могут быть даже сумасшедшими. Некоторые из тех, которые содержатся в учебниках, действительно сумасшедшие. Типа: «Солнце утром восходит на западе». Другие совершенно далеки от наших повседневных экономических проблем. Типа рассуждений на тему: «Есть ли жизнь на Марсе». На обсуждение гипотез тратится уйма времени, но в результате уверенности в том, что солнце в один прекрасный день может взойти на западе, ни у кого не прибавляется. Впрочем, в каком-то смысле можно понять авторов, которые понимают, что уже лучше назвать какую-то идею «гипотезой», чем «теорией». Уж слишком идея зыбкая. Не помню, но в каком-то учебнике автор идею «скрытой руки рынка» Адама Смита назвал «гипотезой». Что ж, на гипотезу она, пожалуй, тянет.
Однако, пожалуй, самым главным обманом, обозначенном на обложке учебника «Экономическая теория», является слово «экономическая». На самом деле за внешним многообразием теорий (и гипотез), содержащихся в учебнике, все-таки скрывается ода идея. А именно идея капитализма. Большинство учебников по экономической теории сконструировано следующим образом: примерно половина книги – рассуждения о разных школах и теориях. А вторая половина учебника – портрет современной капиталистической экономики. Это некий modus vivendi (образ жизни, способ существования), который под сомнение ставить нельзя. Можно лишь приспосабливаться и вносить какие-то незначительные коррективы (то, что в марксизме называлось «реформизмом»).
Студенту подробно рассказывают не столько о реальной экономике (промышленность, сельское хозяйство), сколько о финансах, финансовых рынках, финансовых услугах, интеллектуальной собственности и т.п. Как измеряется прибыль, что такое маржа, рыночная капитализация, инвестиции в ценные бумаги, биржевые индексы, финансовые производные инструменты и т.п. А в последних учебниках появились такие модные темы, как криптовалюты и цифровые активы. И все это называется новыми тенденциями в экономике. Мол, речь идет об экономике постиндустриального общества, которую предсказывал еще в 1970 году в «Технотронной эре» Збигнев Бжезинский.
Меня, конечно, удивляет, что во всех этих рассуждениях авторов учебников «Экономической теории» без каких-либо оговорок используются слова «экономика», «экономический», «экономическая». А что такое «экономика»? — Слово греческого происхождения, состоит из двух частей: 1) οἶκος — «дом, хозяйство»; 2) νόμος — «правило, закон». Дословно получается: «правила ведения домашнего хозяйства». Позднее расширили определение, включив в понятие «экономика» хозяйственную деятельность не только на уровне дома (семьи), но также государства. А еще позднее под экономикой стали понимать всю совокупность общественных отношений, которые складываются в системе производства, распределения, обмена и потребления товаров и услуг. В результате этой деятельности непрерывно воспроизводятся блага, обеспечивающие жизнедеятельность людей. Ввел слово «экономика» в оборот древнегреческий философ Ксенофонт в IV в. до Р.Х.
Чуть позднее другой древнегреческий философ Аристотель дополнил слово «экономика» словом «хремастика». Под вторым он понимал деятельность, направленную исключительно на извлечение денежной выгоды. Хрематистика может мимикрировать под экономику. Древнегреческий философ детально показал различия и пришел к выводу, что хрематистика и экономика ужиться друг с другом не могут. Если государство не будет держать в жесткой узде хрематистику, то она начнет пожирать экономику.
Наиболее ярким проявлением хрематистики уже во времена Аристотеля была ростовщическая деятельность. Аристотель сделал очень важное заключение: «Все занимающиеся денежными оборотами, стремятся увеличить количество денег до бесконечности» (цит. по: «История экономических учений». Под ред. В. Автономова, О. Ананьина, Н. Макашевой. Учебное пособие. – М.: ИНФРА-М, 2002, с.16-17). Итак, Аристотель предупреждал, что деньги из средства, обслуживающего экономику, могут превратиться в цель – если они оказываются в руках лиц, занимающихся деньгами «профессионально». К «денежному» варианту хрематистики отношение Аристотеля было резко негативным: бесконечное накопление денег уводит человека от «благой жизни» (выражение Аристотеля). В Греции того времени стремление к накоплению денежного богатства еще не стало нормой жизни, но Аристотель уже видел опасный «вирус», который таился в деньгах (вернее – в душах людей, профессионально занимавшихся деньгами), и понимал, что при определенных условиях этот «вирус» может начать быстро «размножаться», уничтожая устои «благой» (благочестивой) жизни.
Аристотель был резко настроен против ростовщичества как главной угрозы устоям «благой» жизни: «… с полным основанием вызывает ненависть ростовщичество, так как оно делает сами денежные знаки предметом собственности, которые, таким образом, утрачивают свое назначение, ради которого они были созданы: ведь они возникли ради меновой торговли, взимание же процентов ведет именно к ростовщичеству… Как дети похожи на своих родителей, так и проценты являются денежными знаками, происшедшими от денежных же знаков. Этот род наживы оказывается по преимуществу противным природе» (Аристотель. Соч. в 4-х тт. Том 4. — М., 1984, с.395).
Сегодня мы наблюдаем торжество хрематистики (главное – прибыль и накопление капитала). Многим более понятен синоним слова «хрематистика» — «капитализм». Капитализм воцарился в мире. Капитализм пришел в Россию. Он медленно пожирает остатки того «дома», который на протяжении веков строили наши предки. Но об этом вы ничего не узнаете из учебника под названием «Экономическая теория». Слова «хрематистика» и «капитализм» — табу для авторов. Поэтому они прибегают к лукавому словосочетанию «Рыночная экономика». Называя «рыночной экономикой» биржевые спекуляции, поглощения одних компаний другими, безработицу и банкротства предприятий, ростовщическую деятельность банков, картельные сговоры участников рынков, выстраивание финансовых пирамид и т.д. С учетом сказанного учебник «Экономическая теория» следовало бы переименовать и назвать «Теория хрематистики».
https://katehon.com/ru/article/o-pravilnom-uchebnike-po-ekonomike-chast-ix?ysclid=mk09n5noaj853176576
