Русская экономическая мысль как выражение идейно-духовного суверенитета. Часть 2

Доклад на конференции «Проблема суверенности современной России» (6 июня, ЦДЖ, организатор — Центр научной политической мысли и идеологии). Вторая, заключительная часть.

Очевидно, что русских мыслителей, в первую очередь, волновала не техническая сторона экономики, а её духовные корни. Но прежде чем приступить к анализу их трудов, кратко оговорим некоторые черты современного околоэкономического мышления — на этой базе будет рельефнее видно своеобразие русской экономической мысли.
Так, мы коснёмся очень любопытного явления современности — а именно, уже упоминавшегося повального стремления к «оцифровке» всех и вся. Цифра вытесняет букву так стремительно и беспощадно, что впору начинать ответную атаку. И дело не в праздной ностальгии по стародавним временам, когда даже даты записывали словами — слишком много пыли натрясли на ту эпоху последние века, чтобы удалось распробовать очарование того слова, — нет, здесь вопрос куда фундаментальнее. Слово обладает огромной силой — им и оправдываются, и осуждаются [8], и убивают, и оживляют. Слово невозможно лишить силы — как созидательной, так и разрушительной. Значит, нужно лишить человека слова — и такая стратегия, как мы видим, успешно осуществляется.
Приведём небольшой пример. Не секрет, что апологеты экономикс как единственно возможного подхода к исследованию хозяйственной жизни страны, предпочитают количественные методы исследования качественным — без громоздких математических построений экономические работы не считаются достаточно «научными» и «точными». Настоящее благоговение перед цифрой. А что она отражает? Скажем — как человек предстаёт в оптике этой научной дисциплины? Самое любимое дитя западных исследователей в этой сфере — Индекс человеческого развития и недавно сконструированные три его товарища — Индекс человеческого развития, скорректированный с учетом неравенства, Индекс гендерного неравенства и Индекс многомерной бедности. Эти и прочие интегральные индексы в полной мере отражают подход экономикс к человеку — он есть ресурс, но используемый недостаточно эффективно, и цель развития общества — в актуализации этого вида капитала. Вопиющая однобокость такого подхода стимулирует создание проектов, которые, хотя бы в первом приближении, могут оценить качественный компонент «человеческого капитала». Самая известная и масштабная попытка — Всемирный обзор ценностей (World Values Survey), проводимая Ассоциацией Всемирного Обзора Ценностей (The World Values Survey Association — WVSA) — некоммерческой организацией со штаб-квартирой в Стокгольме. Вот здесь-то и появляется прелюбопытная категория — ценности. Какие ценности являются приоритетными? Стремление к свободе и демократии, социальная толерантность, гендерное равноправие… Кто их провозгласил таковыми?
Итак, формализация и автоматизация как один из ведущих принципов современности набирает обороты — «тестизация» учебного процесса, проекты вроде УЭК (Универсальная электронная карта) — всё это провозглашается несомненным благом. Есть подсознательное неприятие, ведь духовными глазами мы видим, что за этим стоит. Цифра против буквы. Число против Слова.
«Привнесение какой бы то ни было лжи или условности, допущение себя до унижения в форме господства над совестью той или иной страсти, даже той или иной симпатии — слишком опасно для науки. Но менее опасно, чем разменяться на мелочи, уйти в схоластику. А с политической экономией это уже успело случиться». [12, c.266] По мнению С. Шарапова, западная экономическая наука «разменивается на мелочи» — то есть не видит (скорее всего, старательно делает вид, что не замечает) масштабных процессов и тенденций. Сидит на огромном теле экономики с лупой и описывает частности его функционирования — но дело в том, что место экономики заняла хрематистика, а момент подмены остался как будто незамеченным.
Совершенно иной подход у русских мыслителей — и в нём, на наш взгляд, сохраняется идейно-духовный суверенитет России в этой сфере; и не только сохраняется, но и, проявляясь, развивается — пусть он и в загоне, но пропасть не может, и скоро наступит его «звёздный час».
Конечно, мы не утверждаем, что только русские мыслители выдвигали альтернативные экономические теории. Были Адольф Вагнер, Фридрих Лист с его «Автаркией больших пространств», Сильвио Геззель со свободными деньгами. Но наши мыслители описывали способы ведения хозяйства, свойственные именно русскому экономическому менталитету, русской специфике. Вслед за ними мы утверждаем, что экономика — это искусство, явление насквозь духовное — и, в том числе, поэтому нам кажется опрометчивым говорить о неких универсальных научных законах.
Ранее мы оговорили то, что можно назвать «каноническим» определением экономики. А сейчас позвольте предложить вам мои любимые определения этого термина — с позиций русской экономической мысли прошлого и современности:
«Экономика есть работа духа над материей мира».[2]
«Экономика — это наука о том, как нам вести хозяйство, чтобы государство богатело, земля хорошела, а люди становились чище, человечнее, благороднее и жили дольше и радостнее».[1, c.665]
Итак, цель экономической деятельности понятна — она оговорена в последнем определении. После схоластических «максимизаций», «эффективностей» и «предельностей» эти дефиниции покажутся Вам весьма отвлечёнными и ненаучными. Если это так — в Вас попала живучая бацилла экономикс — в меня она также угодила, но её можно одолеть через некоторые процедуры — например, вольный перевод некоторых экономических терминов на русский язык: банкиры — ростовщики, конкуренция — грызня, рыночная саморегуляция — управляемый бардак (с «невидимой рукой» весьма химерического свойства), кредит — кабала… Список можно и нужно продолжать.
О.А. Платонов блестяще сформулировал основополагающие принципы функционирования русской модели экономики, «существовавшей как господствующий тип с X – XII вв. вплоть до н. XVIII в., а в усеченном виде даже до н. ХХ в.:
1. Хозяйство как преимущественно духовно-нравственная категория. Ориентированность на определенный духовно-нравственный миропорядок.
2. Автаркия — ориентированность хозяйственных единиц и системы в целом на замкнутость, самодостаточность, самоудовлетворенность. Основной поток эффективной хозяйственной деятельности направлен не вовне, а внутрь хозяйственной системы.
3. Способность к самоограничению. Направленность не на потребительскую экспансию (постоянное наращивание объемов и видов товаров и услуг как самоцель), а на обеспечение самодостаточности.
4. Трудовой характер хозяйственной деятельности. Взгляд на труд как на добродетель. Экономический процесс направлен не на максимизацию капитала и прибыли, а на обеспечение трудовой самодостаточности.
5. Собственность — функция труда, а не капитала. Капиталом является производительная часть собственности, направленная на производство; капитал, отдаваемый в рост, рассматривается как паразитический.
6. Самобытные особенности организации труда и производства — трудовая и производственная демократия.
7. Самобытные особенности трудовой и хозяйственной мотивации — преобладание моральных форм понуждения к труду над материальными». [10, c.9]
С. Шарапов («Среди экономистов в России не было человека с более ярко выраженным славянофильским мировоззрением, чем Шарапов. Среди славянофилов не было человека с более ясным и профессиональным пониманием хозяйственных и финансовых вопросов, чем Шарапов» [4]) пишет:
«Возрождение России представлялось Иванову в трех основных формах. Возрождение духовное требовало очищения и восстановления Церкви во всей ее внутренней силе и правде. Возрождение политическое требовало уничтожения всеразъедающего начала бюрократизма и возрождения земщины, которая должна была стать добрым историческим фундаментом государства. Наконец, возрождение экономическое требовало правильной и стройной денежной системы, которая могла бы достойно обслуживать великую страну, дать широкое развитие народному кредиту, освободить Россию от ее печального рабства у иностранной биржи, создать национальную независимость, оплодотворить русскую предприимчивость, поднять народный труд».[11, цит. по [5, с.103]]
Итак, выделим меры, предложенные русскими мыслителями (в частности, С.Шараповым и А.Нечволодовым) для решения экономических проблем, актуальных для их эпохи (это, как правило, стык XIX и XX веков). Но выделим те, которые кажутся нам актуальными для восстановления суверенитета сегодняшней России:
1. Введение абсолютных (нейтральных) денег: таких, которые не оказывают самодовлеющего влияния на взаимодействие трёх основных факторов производства — труда, капитала и знаний, которые не мешают экономике нормально функционировать, когда экономика их «не замечает» («как не замечает воздуха человек, который им дышит»). Рублей в каждой точке русской территории нужно налицо столько, сколько потребует жизнь. Если этих рублей меньше или больше — это давит труд. Спасение от зла — устройство правильных органов денежного хозяйства, где рубли рождаются, действуют и исчезают совершенно автоматически, т.е. как перевод, как квитанция, а не как самостоятельный товар». «…рубль — идейная единица меры ценностей».[12, c.90] В работе «Бумажный рубль» Шарапов проводит подробный анализ финансовой статистики, приходя к выводу о необходимости сохранения и развития в России системы абсолютных денег.
Его мысли созвучны с идеей Сильвио Геззеля о свободных деньгах: «Только деньги, которые устаревают, подобно газетам, гниют, как картофель, ржавеют, как железо, и улетучиваются, как эфир, способны стать достойным инструментом для обмена картофеля, газет, железа и эфира. Поскольку только такие деньги покупатели и продавцы не станут предпочитать самому товару. И тогда мы станем расставаться с товарами ради денег лишь потому, что деньги нам нужны в качестве средства обмена, а не потому, что мы ожидаем преимуществ от обладания самими деньгами».
Геззель предлагал упразднить процентную ставку, тем самым лишив капитал возможности к самовоспроизводству, т.е. появлению денег «из воздуха». Таким образом, по Геззелю, кредитный характер денег — корень зла и источник кризисов. По Шарапову, лишение национальной денежной единицы — рубля — нейтральности и постоянства, неизбежно произойдёт (и произошло в итоге) после введения золотого стандарта (монометаллизм) в 1895-1897 гг. стараниями Сергея Юльевича Витте.
2. Возвращение ценности труда, поддержка, а не уничтожение, отечественных товаропроизводителей. И в минувшем веке, и сейчас актуальна проблема потоков капитала, текущих мимо них, будучи контролируемыми, в основном, транснациональными корпорациями.
3. Создание Международного Клирингового Союза (Расчётной палаты), способного инициировать международную «торговлю без денег» [3] — ЕврАзЭс, Таможенный Союз могут стать пионерами в этом процессе.
4. Идейно-духовное возрождение. Да, это напрямую относится к экономическому возрождению России. К сожалению, университетская программа заточена на штамповку стандартно мыслящих молодых специалистов. Таких, которые придут в органы власти и будут действовать (точнее — бездействовать), уповая на мифическую невидимую руку рынка и прочие химеры. Творческая мысль в системе образования — теперь persona non grata, и пока этот убийственный для юных мозгов принцип не будет ликвидирован — будущего у нашей страны нет.
Духовное возрождение касается возвращения к высоким морально-нравственным принципам — в семье, отношении к ближним, к Родине, даже в своём способе мышления — «Не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего». [9]
Русская экономическая мысль, являясь частью нашей философии, может успешно противостать разрушительному господству западных теорий и практик. Ряд наших современных деятелей (В.Ю. Катасонов, О.А. Платонов, М.Ф. Антонов, С.Г. Кара-Мурза, Ю.М. Осипов, А.А. Олейников), ведя активную аналитическую и творческую деятельность, указывают на возможные способы выхода России из нынешних ловушек. Таким образом, Россия всё-таки смогла не растерять идейно-духовный суверенитет, пусть значительно подорвав его идейной легкомысленностью, возможно — доверчивостью и, как следствие, массой губительных «случайных связей» с властьимущими (златоимущими) этого мира.
«Огромная, свежая и живая страна с талантливым и трудолюбивым народом дошла до положения жалкого паралитика, прикованного к своему одру, и то бессильно в нём мечущегося, то не подающего признаков жизни. А между тем со всех сторон собираются тучи, готовятся величайшие, быть может, за всю нашу историю испытания. России придётся отстаивать и от пробуждающегося Жёлтого Востока, и от фанатизируемого всё более и более ислама, и от своих мнимых западных друзей не только свою целость и независимость, но, быть может, и самое своё существование». [12, c.238]
И это не только в наших силах, но и в зоне нашей ответственности. Это не тяжёлый рок, несчастная судьбина, а огромная привилегия и достойная работа, которую мы, несомненно, выполним на совесть.

Список литературы

1. Антонов М.Ф. Капитализму в России не бывать! [Книга]. — М., 2005.
2. Бердяев Н.А. Царство Духа и Царство Кесаря [http://www.vehi.net/berdyaev/carstvo.html].
3. Катасонов В.Ю. Международная торговля без денег [http://communitarian.ru/publikacii/ekonomika/mezhdunarodnaya_torgovlya_bez_deneg_15052014/].
4. Катасонов В.Ю. С.Ф.Шарапов: взгляд славянофила на экономику и экономическую науку [http://pereprava.org/knowledge/572-sf-sharapov-vzglyad-slavyanofila-na-ekonomiku-i-ekonomicheskuyu-nauku.html].
5. Катасонов В.Ю. Экономическая теория славянофилов и современная Россия [Книга]. — М., 2014
6. Катасонов В.Ю.: Часть из лекции в Троице-Сергиевой Лавре 09.07.2013 [Аудиозапись]. — М., 2013
7. Кокорев В.А. Экономические провалы (по воспоминаниям с 1837 года) [Книга]. — М., 2005.
8. Новый Завет, Мф. 22:37 [Книга].
9. Новый Завет, Рим. 12:2 [Книга].
10. Платонов О.А. Экономика русской цивилизации [Книга]. — М., 2008.
11. Шарапов С.Ф. Диктатор (Политическая фантазия) [Книга].
12. Шарапов С.Ф. Россия будущего [Книга]. — М., 2011.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar

wpDiscuz

Смотрите также